Уютная кухня, горячий чай, сливовый джем. Я сижу на кухне у лидер-гитариста известной могилёвской рок-группы DANGER и задаю свой первый вопрос:

— До недавнего времени группа «DANGER» в Могилёве была в очень интересном положении. С одной стороны, группу «все знали». Куда ни придёшь, скажешь: «Дэнжерский барабанщик», и сразу понятно, о ком идёт речь. Группа упорно репетировала, она сменила несколько точек, но плотно, чётко работала над одной программой. С другой стороны, она не записала ни одного альбома и не сыграла ни одного стоящего концертного выступления…

— Ты имеешь в виду гараж ?…

— Да, «гаражные дни»…

— Вообще, очень интересный период. Бывает, иногда думаем: сейчас бы в гараж, да мороз градусов в тридцать… Да… Весело было, приходили всякие, со временем гараж превратился просто в проходной двор какой-то. Это очень сильно отдаляло нас от цели. Записей не было, на концертах играть не приглашали.

— Тогда группа помогла сделать свои первые (и не только первые) альбомы другим командам…

— Приходили какие-то люди, делали какие-то черновые записи.. К счастью, скоро отобрали у нас гараж, и мы перебазировались в «Крыницу»; но там всё тоже не ладилось: то боксёры припрутся на тренировку, то дискотека. Невозможно было делать что-то серьёзное.

— Как вы определяете стиль, в котором играете?

— Никак не определяем. Потом уже находят у нас дэс, дум, готику…

— Трэш…

— Трэш? Ты первый, кто такое сказал.

— Хорошо, тогда поставим вопрос по-другому, какие ты видишь истоки своего творчества, наши и закордонные группы, которые на тебя повлияли?

— Да их много было. Наши группы чудесные были (почему были, сказал о них так, как-будто они уже мёртвые), «Ария», например. Конечно «Metallica», «Death», «Dying Bride» уже позже, интересно было, как люди делают что-то похожее… Но конкретно «DANGER» нельзя назвать продолжением творчества какой-то группы.

— Не тесно вам в достаточно узких «металлических» рамках? Не бывает желание добавить флейту, скрипку, сделать кавер общеизвестной попсовой песни или совершить какое-то другое сумасбродство?

— Я не исключаю, что это будет, но пока и в прошлой программе, и в будущей мы делаем всё, как и раньше. Понимаешь, у нас пока что не так много своего материала, так что сейчас просто пишем свои песни.

— «Дэнжер» — англоязычная группа. Почему?

— У нас было несколько попыток делать немного другие вещи, они были на русском языке и как-то… Отказались мы от этого. По крайней мере в проекте, который был (и который будет) это английский язык, очень лаконичный, «короткий», «рявкающий» — в общем, то, что надо. Для выражения наших мыслей он наиболее подходит… Может быть немецкий появится, латынь!

— Но вы же по-хорошему не знаете английского языка, тем более немецкого или, упаси боже, латыни. Какой-нибудь англичанин, послушав ваши песни, придёт в ужас.

— Просто надо улучшать знание языка, тренироваться. Естественно, это не самый, наверно, правильный путь — петь на английском в русскоговорящей стране, но слушаем же мы немецкие группы, которые поют на английском. Кто что-то хочет услышать, тот услышит. И я не думаю, что так уж всё у нас безграмотно, тексты достаточно простые, разве что произношение… А плохие стихи можно писать и на русском языке.

— Кстати, как случилось, что «дэнжеры» почти в полном составе практически одновременно женились, у них появились семьи, дети? Вы что, сговорились, что ли?

— Да нет, не сговаривались. Просто стечение обстоятельств такое. Это как раз было в тот период, когда мы меняли точки, расходились, опять сходились…

— Не связан ли с этим взлёт группы? Может быть, вы просто повзрослели?

— Возможно.

— И, наконец, пришла слава: выпустили альбом, о вас пишут в газетах, приглашают играть на концертах…

— Понимаешь, концерты в наших краях проводятся больше андерграундного направления, для них не требуется сложной аппаратуры: усилитель, пара колонок, ревер, микшер — и всё. А музыка, которую мы играем, требует большого количества сложной и качественной техники. Поэтому мы среди могилёвских групп стоим немного особняком. А выход кассеты действительно был для группы серьёзным шагом вперёд, он принёс какую-то известность, но главное — люди могут теперь просто поставить кассету и спокойно послушать нашу музыку.

— Последний вопрос: что я забыл у тебя спросить ?

— Ну, обычно всякую ерунду спрашивают… О! Ты не спросил, не собираемся ли мы уехать навсегда из этой страны.

— А что, собираетесь?

— Нет, конечно! А интересно было бы поездить, поиграть ТАМ, но для этого надо очень много работать. И ещё. Дум надо писать и играть в Белоруссии.

О жизни и творчестве с Чуком беседовал Анджей Полянский.